БОЛЬШАЯ НАУЧНАЯ БИБЛИОТЕКА  
рефераты
Добро пожаловать на сайт Большой Научной Библиотеки! рефераты
рефераты
Меню
Главная
Банковское дело
Биржевое дело
Ветеринария
Военная кафедра
Геология
Государственно-правовые
Деньги и кредит
Естествознание
Исторические личности
Маркетинг реклама и торговля
Международные отношения
Международные экономические
Муниципальное право
Нотариат
Педагогика
Политология
Предпринимательство
Психология
Радиоэлектроника
Реклама
Риторика
Социология
Статистика
Страхование
Строительство
Схемотехника
Таможенная система
Физика
Философия
Финансы
Химия
Хозяйственное право
Цифровые устройства
Экологическое право
Экономико-математическое моделирование
Экономическая география
Экономическая теория
Сельское хозяйство
Социальная работа
Сочинения по литературе и русскому языку
Товароведение
Транспорт
Химия
Экология и охрана природы
Экономика и экономическая теория

Реферат: Политико-правовой идеал Конфуция

Реферат: Политико-правовой идеал Конфуция

Фундаментальную роль во всей истории этической и политической  мысли Китая сыграло учение Конфуция (551--479 гг. до н. а.). Бго взгляды изложены в книге “Лунь юй (“Беседы и высказывания”), составленной его учениками. На протяжении многих веков эта книга оказывала значительное влияние на мировоззрение и образ жизни китайцев. Ее заучивали наизусть дети, к ее авторитету апеллировали взрослые в делах семейных и политических.'

Опираясь на традиционные воззрения, Конфуций развивал патриархально-патерналистскую концепцию государства. Государство  трактуется им как большая семья. Власть имератора (“сына неба”) уподобляется власти отца, а отношения правящих и подданных -- семейным отношениям, где младшие зависят от старших. Изображаемая Конфуцием социально-политическая иерархия строится на принципе неравенства людей: “темные люди”, “простолюдины”, “низкие”, “младшие” должны подчиняться “ благородным мужам”, “лучшим”, “высшим”, “старшим”.  Тем самым Конфуций выступал за аристократическую концепцию правления, поскольку простой народ полностью отстранялся от участия в управлении государством.

Правда, его политический идеал состоял в правлении аристократов  добродетели и знания, а не родовой знати и богатых, так что предлагаемая им идеальная конструкция правления отличалась от тогдашних социально-политических реалий и благодаря этому обладала определенным критическим потенциалом.  Но в целом для Конфуция и его последователей, несмотря на отдельные критические замечания и суждения, характерно скорее примиренческое и компромиссное, нежели критическое отношение к существовавшим порядкам. Вместе с тем присущее конфуцианству требование соблюдения в государственном управлении принципов добродетели выгодно отличает это учение  как от типичной для политической истории Китая практики деспотического правления, так и от теоретических концепций, оправдывавших деспотическое насилие против подданных и отвергавших моральные сдержки в политике.

Будучи сторонником ненасильственных методов правления, Конфуций призывал правителей, чиновников и подданных строить  свои взаимоотношения на началах добродетели. Этот призыв  прежде всего обращен к правящим, поскольку соблюдение ими требований добродетели играет решающую роль и предопределяет  господство норм нравственности в поведении подданных.  Отвергая насилие, Конфуций говорил: Зачем, управляя государством, убивать людей? Если вы будете стремиться к добру, то и народ будет добрым. Мораль благородного мужа (подобна) ветру; мораль низкого человека (подобна) траве. Трава наклоняется туда, куда дует ветер”.

Основная добродетель подданных состоит, согласно Конфуцию,  в преданности правителю, в послушании и почтительности ко всем “старшим”. Политическая этика Конфуция в целом направлена на достижение внутреннего мира между верхами и низами общества и стабилизации правления. Помимо чисто моральных факторов он обращает внимание и на необходимость преодоления процессов поляризации богатства и бедности среди населения. “Когда богатства распределяются равномерно,-- отмечал он, -- то не будет бедности; когда в стране царит гармония, то народ не будет малочислен; когда царит мир (в отношениях между верхами и низами), не будет опасности свержения (правителя)”. Отвергая бунты и борьбу за власть, Конфуций высоко оценивал блага гражданского мира.

Отрицательно относился Конфуций также и к внешним войнам, к завоевательным походам китайских царств друг против друга или против других народов (“варваров”). Не отвергая в принципе сами гегемонистские претензии китайских правителей, Конфуций советовал им: “людей, живущих далеко и не подчиняющихся”, необходимо “завоевать с помощью образованности  и морали”. “Бели бы удалось их завоевать, -- добавлял он, -- среди них воцарился бы мир”. Эти культуртрегерские  и миротворческие мотивы в дальнейшем нередко использовались  китайскими правителями в качестве морального прикрытия своих завоевательных акций и подчинения своей власти других народов.

Регулирование политических отношений посредством норм добродетели в учении Конфуция резко противопоставляется управлению на основе законов. “Если, -- подчеркивал он, -- руководить народом посредством законов и поддерживать порядок  при помощи наказаний, народ будет стремиться уклоняться ( от наказаний) и не будет испытывать стыда. Если же руководить народом посредством добродетели и поддерживать порядок при помощи ритуала, народ будет знать стыд и он исправится”.

В целом добродетель в трактовке Конфуция -- это обширный комплекс этика-правовых норм и принципов, в который входят правила ритуала (ли), человеколюбия (жэнь), заботы о людях (my), почтительного отношения к родителям (сяо), преданности правителю (чжун), долга (и) и т. д. Вся эта нормативная целостность, включающая в себя все основные формы социально-политического  регулирования того времени, за исключением норм позитивного закона (фа), представляет собой единство моральных и правовых явлений.

Отрицательное отношение Конфуция к позитивным законам (фа) обусловлено их традиционно наказательным значением, их связью (на практике и в теоретических представлениях, в правосознании) с жестокими наказаниями.

Вместе с тем Конфуций не отвергал полностью значения законодательства, хотя, судя по всему, последнему он уделял лишь вспомогательную роль.

Существенную социально-политическую и регулятивную нагрузку в учении Конфуция несет принцип исправления имен” (чжэ мин). Цель “исправления имен” -- привести “имена” (т. е. обозначения социальных, политических и правовых статусов  различных лиц и групп населения в иерархической системе общества и государства) в соответствие с реальностью, обозначить  место и ранг каждого в социальной системе, дать каждому соответствующее ему имя, чтобы государь был государем, сановник -- сановником, отец -- отцом, сын -- сыном, простолюдин --  простолюдином, подданный -- подданным.

Уже вскоре после своего возникновения конфуцианство стало влиятельным течением этической и политической мысли в Китае, а во 11 в. до н. э. было признано в Китае официальной идеологией и стало играть роль государственной религии.

Социально-политические утопии Лао-цзы и Мо-ди

Основателем даосизма, одного из наиболее влиятельных течений  древнекитайской философской и общественно-политической  мысли, считается Лао-Цзы (VI в. до н. э. Его взгляды изложены в произведении “Дао дэ цзин” (“Книга о дао и да”).

В отличие от традиционно-теологических толкований дао как проявления “небесной воли” Лао-цзы характеризует дао как независимый от небесного владыки естественный ход вещей, естественную закономерность. Дао определяет законы неба, природы и общества. Оно олицетворяет высшую добродетель и естественную справедливость. В отношении к дао все равны.

Все недостатки современной ему культуры, социально-политическое  неравенство людей, бедственное положение народа и т. д. Лао-цзы приписывает отклонению от подлинного дао. Протестуя  против существующего положения дел, он вместе с тем все свои надежды возлагал на самопроизвольное действие дао, которому приписывается способность восстанавливать справедливость. “ Небесное дао,-- утверждал он,-- напоминает натягивание  лука. Когда понижается его верхняя часть, поднимается нижняя. Оно отнимает лишнее и отдает отнятое тому, кто в нем нуждается. Небесное дао отнимает у богатых и отдает бедным то, что у них отнято. Человеческое же дао наоборот. Оно отнимает у бедных и отдает богатым то, что отнято”.

В такой трактовке дао выступает как естественное право непосредственного действия.

Существенная роль в даосизме отводится принципу недеяния,  воздержанию от активных действий. Недеяние выступает в этом учении прежде всего как осуждение антинародного активизма властителей и богатых, как призыв воздержаться от притеснений народа и оставить его в покое. “Если дворец роскошен, то поля покрыты сорняками и хлебохранилища совершенно пусты.- Все это называется разбоем и бахвальством. Оно является нарушением дао... Народ голодает оттого, что власти берут слишком много налогов.- Трудно управлять народом  оттого, что власти слишком деятельны”.

Все неестественное (культура, искусственно-человеческие установления в сфере управления, законодательства и т. д.), согласно даосизму, это отклонение от дао и ложный путь. Влияние естественного вообще (в том числе и естественного права) на общественную и политико-правовую жизнь в целом, по данной концепции, осуществляется на путях такого следования  дао, которое скорее означает отказ от культуры и простое возвращение к естественности, нежели дальнейшее совершенствование  общества, государства и законов на основе и с учетом каких-то позитивных требований дао.

Резко критиковал Лао-цзы всякого рода насилие, войны, армию. “Где побывали войска, -- говорил он, -- там растут терновник  и колючки. После больших войн наступают голодные годы-. Победу следует отмечать похоронной процессией”.

Однако восхваляемое даосизмом недеяние означало вместе с тем и проповедь пассивности. Даосистской критике культуры и достижений цивилизации присущи черты консервативной утопии.  Поворачиваясь спиной к прогрессу, Лао-цзы призывал к  патриархальной простоте минувших времен, к жизни в маленьких,  разобщенных поселениях, к отказу от письменности, орудий  труда и всего нового. 

Эти аспекты даосизма существенно притупляли его критицизм  по отношению к реально существовавшим социально- политическим порядкам.

Основатель моизма Мо-ди (479--400 гг. до н. э.) развивал идею естественного равенства всех людей и выступил с обоснованием  договорной концепции возникновения государства, в основе которой лежит идея принадлежности народу верховной власти.

В этих целях он по-новому трактовал традиционное понятие “воля неба” и подчеркивал, что “небо придерживается всеобщей любви и приносит всем пользу”. Всеобщность, присущая небу, которое играет в моизме роль образца и модели для человеческих  взаимоотношений, включает в себя признание равенства всех людей. Небо не различает малых и больших, знатных и подлых; все люди -- слуги неба, нет никого, кому бы оно не выращивало буйволов и коз, не откармливало свиней, диких кабанов, не поило вином, не давало в изобилии зерно, чтобы (люди) почтительно служили небу. Разве это не есть выражение всеобщности, которой обладает небо? Разве небо не кормит всех?”

Следование небесному образцу Мо-ди называл также “почитанием  мудрости гак основы управления”. Важным моментом такого мудрого управления является умелое сочетание “наставления  народа с наказаниями”. Ссылаясь на примеры прошлого, Мо-ди подчеркивал, что власть должна использовать не только насилие и наказание, но и нравственные формы воздействия на людей.

В поисках “единого образца справедливости” Мо-ди выдвинул  идею договорного происхождения государства и управления.  В древности, говорил он, не было управления и наказания, “у каждого было свое понимание справедливости”, между людьми  царила вражда. “Беспорядок в Поднебесной был такой же, как среди диких зверей. Поняв, что причиной хаоса является отсутствие управления и старшинства, люди выбрали самого добродетельного и мудрого человека Поднебесной и сделали его сыном неба”. Только сын неба может создавать единый образец справедливости в Поднебесной, поэтому в Поднебесной воцарился  порядок”.

Эта идея единой для всех справедливости и единой законодательной  власти своим острием была направлена против произвола  местных властей и сановников, против больших людей -- валов, гунов”, устанавливающих свои порядки, прибегающих к жестоким наказаниям и насилию, что, по смыслу договорной концепции Мо-ди, противоречит всеобщему соглашению о верховной власти и ее прерогативе устанавливать единый и общеобязательный “образец справедливости”.

Важное место в учении Mfr-цзы занимает требование учета интересов простого народа в процессе управления государством. “Высказывания, -- подчеркивает он, -- должны применяться в управлении страной, исходить при этом из интересов простолюдинов  Поднебесной”. С этих позиций Mо-цзы адресовал конфуцианцам следующий упрек: “Их обширное учение не может быть правилом для мира. Они много размышляют, но не могут помочь простолюдинам”. Мо-ди энергично выступал за освобождение  низов общества от гнета, страданий и нищеты. В целом для его социального подхода к политико-правовым явлениям весьма характерно его проницательное суждение о том, что “бедность -- это корень беспорядков в управлении”.

Государственное управление и правовое регулирование согласно теории Гуньсунь-Яна

Основные идеи древнекитайского легизма изложены в трактате  IV в до н. э. “Шан цзюнь шу (“Книга правителя области Шанl”). Ряд глав трактата написан самим Гунсунь Яном (390 -- 338 гг. до н. э.), известным под именем Шан Ян. Этот видный теоретик легизма и один из основателей школы “законников” (фацзя) был правителем области Шан во времена циньского правителя Сяо-гуна (361--338 гг. до н. э.).

Шан Ян выступил с обоснованием управления, опирающегося на законы (фа) и суровые наказания. Критикуя распространенные  в его время и влиятельные конфуцианские представления и идеалы в сфере управления (приверженность старым обычаям и ритуалам, устоявшимся законам и традиционной этике и т. д.), Шан Ян замечает, что люди, придерживающиеся подобных взглядов, могут “лишь занимать должности и блюсти законы, однако они не способны обсуждать (вопросы), выходящие за рамки старых законов”.

Представления логистов о жестоких законах как основном (если не единственном) средстве управления тесно связаны с их пониманием взаимоотношений между населением и государственной  властью. Эти взаимоотношения носят антагонистический  характер по принципу “кто кого”: “Когда народ сильнее своих властей, государство слабое; когда же власти сильнее своего народа, армия могущественна”.

В целом вся концепция управления, предлагаемая Шан Яном, пронизана враждебностью к людям, крайне низкой оценкой их качеств и уверенностью, что посредством насильственных мер (или, что для него то же самое, -- жестоких законов) их можно подчинить желательному “порядку”. Причем под “порядком” имеется в виду полнейшее безволие подданных, позволяющее деспотической центральной власти мобильно и без помех манипулировать  шли как угодно в делах внутренней и внешней политики.

Этому идеалу “законнического” государства совершенно чужды  представления о каких-либо правах подданных по закону, об обязательности закона для всех (включая и тех, кто их издает), о соответствии меры наказания тяжести содеянного, об ответственности  лишь за вину и т. д. По сути дела, закон выступает здесь лишь как голая приказная форма, которую можно заполнить  любым произвольным содержанием (повелением) и снабдить  любой санкцией. Причем законодатель, согласно Шан Яну, не только не связан законами (старыми или новыми, своими), но даже восхваляется за это: “Мудрый творит законы, а глупый ограничен ими”.

Существенное значение в деле организации управления Шан Ян и его последователи наряду с превентивными наказаниями придавали внедрению в жизнь принципа коллективной ответственности.  Причем этот принцип, согласно легистам, выходил за круг людей, охватываемых семейно-родовыми связями, и распространялся на объединение нескольких общин (дворов) -- на так называемые пятидворки и десятидворки, охваченные круговой порукой. Внедренная таким путем система тотальной взаимослежки подданных друг за другом сыграла значительную  роль в укреплении централизованной власти и стала существенным составным моментом последующей практики государственного управления и законодательства в Китае.

Легистские воззрения, кроме Шан Яна, разделяли и развивали  многие видные представители влиятельной школы фацзя (Цзын Чань, Шэнь Бу-хай, Хань Фэй и др.). Взгляды этой школы, помимо “Шан цзюнь шу”, изложены также в целом ряде других древнекитайских источников, в частности в главе “Ясные  законы” сводного памятника “Гуань-цзы” (iv--III вв. до н. э.), в книге “Хань Фэй-цзы” -- работе крупного теоретика легизма Хань Фэя (III в. до н. э.), в разделе “Рассматривать все по нынешнему времени” компендиума древнекитайской мысли “Люй-ши чунь цю (111 в. до н. э.) и др.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.zakroma.narod.ru/






17.06.2012
Большое обновление Большой Научной Библиотеки  рефераты
12.06.2012
Конкурс в самом разгаре не пропустите Новости  рефераты
08.06.2012
Мы проводим опрос, а также небольшой конкурс  рефераты
05.06.2012
Сена дизайна и структуры сайта научной библиотеки  рефераты
04.06.2012
Переезд на новый хостинг  рефераты
30.05.2012
Работа над улучшением структуры сайта научной библиотеки  рефераты
27.05.2012
Работа над новым дизайном сайта библиотеки  рефераты

рефераты
©2011