Дипломная работа: А.В. Дружинин о повестях Ф.М. Достоевского 40-х гг

Дипломная работа: А.В. Дружинин о повестях Ф.М. Достоевского 40-х гг

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Федеральное агентство по образованию

Государственное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«Поволжская государственная социально-гуманитарная академия»

Кафедра русской, зарубежной литературы

и методики преподавания литературы

А.В. ДРУЖИНИН О повестях

Ф.М. ДОСТОЕВСКОГО 40-х гг.

Дипломная работа

Выполнила:

студентка V курса ИФО

Допустить к защите

«___»________2009 г.

Заф.кафедрой:

д.п.н., проф.

_________О.М. Буранок

Научный руководитель:

д.ф.н., проф.

Н.Б. Алдонина

Самара

2009

Содержание

Введение

Глава I. Эстетические воззрения А.В. Дружинина конца 40-х годов XIX века

Глава II. А.В. Дружинин о повести Ф.М. Достоевского «Слабое сердце»

Глава III. Повесть Ф.М.Достоевского «Белые ночи» в восприятии А.В. Дружинина

Глава IV. Незавершенный роман Ф.М. Достоевского «Неточка Незванова» в оценке А.В. Дружинина

Заключение

Список использованной литературы

Введение

Предметом нашего исследования являются критические отзывы А.В. Дружинина о повестях Ф.М. Достоевского 40-х гг. – «Слабое сердце», «Белые ночи» и незавершенном романе «Неточка Незванова».

Александр Васильевич Дружинин – литератор в самом обширном смысле этого слова. Он был прозаиком, драматургом – создателем пьес, печатавшихся в «Современнике», поэтом, а еще критиком, журналистом, фельетонистом, переводчиком, мемуаристом. Ему принадлежала идея создания Общества для пособия нуждающимся литераторам и ученым (впоследствии – Литературного фонда). В середине позапрошлого века большая часть литературного наследия А.В. Дружинина была собрана и представлена в восьмитомном собрании его сочинений известным издателем Н.В. Гербелем. Седьмой том, один из самых объемных, включал в себя литературную критику.

Уже С.А. Венгеров писал о том, что седьмой том собрания сочинений Дружинина «должен быть у всякого мало-мальски интересующегося русскою литературою»[1]. В самом деле, в нем помещены большие статьи о Пушкине, Фете, Щедрине, Полежаеве, Майкове, Гончарове, Тургеневе, Писемском, Островском, Льве Толстом, Белинском и более мелкие о Козлове, Веневитинове, Ростопчиной, Полонском и др. Из этого видно, что А.В. Дружинин едва ли оставил без рассмотрения хотя бы одно сколько-нибудь крупное явление русской литературы.

Критический талант Дружинина нельзя понять вне его общего литературного облика. Современники называют Дружинина «честным рыцарем» литературы. И если рыцарство – это прежде всего служение, то его служение литературе было истовым, истинно подвижническим и самоотверженным.

В русскую литературу Дружинин вошел как автор повести «Полинька Сакс», опубликованной в декабрьской книжке «Современника» за 1847 г. В ней он в духе «натуральной школы» и под влиянием романов Жорж Санд отстаивал право женщины на свободу чувств. Не случайно в нем видели «адвоката женского сердца»[2].

Вторая половина 40-х гг. в русской литературе была переломной. Относительная закостенелость общественной жизни сказывалась в некотором равнодушии читателей к поэзии и драматургии, неизменных спутниках интенсивных эпох.

На первый план выдвигалась аналитическая проза. Громадный успех имели альманахи, изданные Н.А. Некрасовым, - «Физиология Петербурга» (1845) и «Петербургский сборник» (1846) со статьями В.Г. Белинского, очерками И.С. Тургенева, А.И. Герцена, Д.В. Григоровича, Ф.М. Достоевского, В.И. Даля, И.И. Панаева и других авторов. Это были своеобразные манифесты «натуральной школы» - реалистической школы, возглавляемой и пропагандируемой В.Г. Белинским. Усвоив великие достижения Пушкина, Гоголя, Лермонтова, она опиралась на социальный анализ, особенно выделяя типизацию образов и демократизацию типов и сюжетов. На первых порах такие принципы приводили к некоторой статичности и внешней описательности, но даже тогда было заметно стремление наиболее талантливых писателей углубиться в подробности жизни героев, показать движение мыслей и чувств персонажей.

Социальная типизация и психологизм характерны для первых романов «натуральной школы» - «Кто виноват?» А.И. Герцена и «Обыкновенная история» И.А. Гончарова, появившихся в 1847 г.

В рассматриваемый период обильно расцвели и утопии самых разных видов – от крайне социалистических (идеи петрашевцев) до крайне реакционных (славянофильские концепции). Возродился и новый вариант романтизма в литературе, метод, где должное вытесняет сущее, идеал торжествует над реальностью (философские повести В.Ф. Одоевского, романы А.Ф. Вельтмана, рассказы и повести Ап. Григорьева).

Большое впечатление производили на русского читателя ранние романы и рассказы Ч. Диккенса, где причудливо совмещались реалистическая сатира и романтическая сказка, трезвый критический взгляд на современный мир и сентиментальное настроение. Колоссальный успех имели в сороковых годах романтические романы Жорж Санд, в центре которых стояла главная проблема западноевропейской и русской мысли той поры - освобождение личности (особенно женщины) от общественных пут, от традиционной морали. Этот вопрос в совокупности с больной русской проблемой – судьбами крепостного крестьянства – был главным и для «натуральной школы», а некоторая расплывчатость в постановке и решении его вносила романтическую «дымку» в реалистический метод.

Все это не могло не оказать влияния на творчество Дружинина, его мировоззрение.

Вслед за молодым Ф.М. Достоевским и предвещая Л.Н. Толстого, он стремится к «исповедальному» изложению событий и чувств героев: его первые повести - или собрание писем, или рассказы персонажей о себе.

Свободное, хотя и несколько сентиментальное описание женской любви в «Полиньке Сакс» вошло в русскую прозу как предвестие женских образов Тургенева и Достоевского. Повесть вызвала восторженные отзывы Белинского, Некрасова, Тургенева, Достоевского, Л. Толстого, Чернышевского и др.

После столь успешного дебюта Дружинин вошел в редакционный кружок «Современника» Некрасова и Панаева, он становится постоянным сотрудником журнала, в котором, помимо повестей и рассказов, помещает ежемесячные обозрения литературы под названием «Письма Иногороднего подписчика…», статьи о русских и зарубежных писателях.

Тема «Дружинин и Достоевский» в современном литературоведении почти не рассматривалась. Данное обстоятельство обусловлено тем, что творчество главы «эстетической» критики на протяжении нескольких десятилетий замалчивалось. Недостаточная изученность данной проблемы отчасти обусловливалась и скудностью имеющихся материалов. До сих пор выявлено всего три отзыва Дружинина о Достоевском. Два из них, помещенные в «Письмах Иногороднего подписчика …» за декабрь 1848 г. («Белые ночи»), январь и февраль 1849 г. («Неточка Незванова»), были проанализированы А.М. Бройде, автором первой монографии о критике – «А.В. Дружинин. Жизнь и творчество (Copenhagen, 1986)» и А.М. Штейнгольд в статье «А.В. Дружинин – фельетонист и критик о раннем творчестве Достоевского», помещенной в сборнике «Русская критика и проблемы национального самосознания» (Самара, 1997). А.Л. Осповатом обнаружен в архиве писателя в РГАЛИ третий отзыв Дружинина о повести Достоевского «Слабое сердце», который был опубликован им в статье «А.В. Дружинин о молодом Достоевском».

Нельзя сказать, что, анализируя творчество Дружинина и Достоевского, литературоведы не касались рассматриваемой проблемы. Так, Б.Ф. Егоров в статье «Проза А.В. Дружинина» обратил внимание на то, что «озлобленная душа Сакса, героя повести Дружинина «Полинька Сакс», в какой-то степени – отдаленное предвестие будущих персонажей Достоевского»[3]. В чертах Вальховского (роман Дружинина «Жюли») он усматривает черты князя Валковского из «Униженных и оскорбленных». Достоевская стилистика усматривается им и в образе изломанного и издерганного Кости («Рассказ Алексея Дмитрича»), который, по выражению исследователя, «вписался бы в круг «мальчиков» из «Братьев Карамазовых»[4]. В образе Лели, главной героини повести «Лола Монтес» просматриваются черты Настасьи Филипповны из «Идиота»[5]. Внутрисемейные отношения в «Рассказе Алексея Дмитрича», по Б.Ф. Егорову, также своеобразное предчувствие мотивов зрелого Достоевского.

Однако целостного анализа проблемы в перечисленных работах нет: каждый исследователь преследует свою определенную цель. В основе статьи А.Л. Осповата – публикация отрывка из незавершенной статьи Дружинина о русской литературе 1848 г., содержащего отзыв о повести Достоевского «Слабое сердце». А.М. Штейнгольд сосредоточивает внимание на своеобразии подхода Дружинина-критика и Дружинина-фельетониста к творчеству раннего Достоевского и т. д. Не касается проблемы «Дружинин и Достоевский» и Л.И. Щеблыкина-Шевцова, вопреки заглавиям ее монографий –«Эстетическая теория А.В. Дружинина и русская литература 40-50-х гг. XIX века» (Пенза, 1998), «Литературно-критическая деятельность А.В.Дружинина в 40-50-е годы XIX века»(Москва, 2001). Сказанное и обусловливает актуальность нашего исследования.

Целью исследования является анализ всей совокупности суждений А.В.Дружинина о произведениях Ф.М. Достоевского 40-х гг. в соответствии с эстетическими воззрениями обоих и их эволюцией.

Упомянутой целью обусловлены и задачи исследования:

выявление всех суждений А.В. Дружинина о Ф.М. Достоевском в обозрениях журналистики, статьях и рецензиях;

уяснение литературно-эстетических воззрений обоих писателей 40-х гг.;

анализ отзывов А.В. Дружинина о повестях «Белые ночи», «Слабое сердце» и незавершенном романе «Неточка Незванова»;

определение характерных особенностей поэтики Ф.М. Достоевского, проявившихся в названных произведениях;

уяснение критического мастерства А.В. Дружинина в рассматриваемых работах.

Объектом исследования в дипломном сочинении является критическое наследие А.В. Дружинина.

Предметом исследования – его суждения о творчестве Ф.М. Достоевского 40-х гг. XIX века.

Источниковедческой базой исследования являются работы отечественных и зарубежных ученых, специализирующихся на изучении творчества Ф.М. Достоевского (В.Я. Кирпотина, М.М. Бахтина, В.А. Туниманова, И. Волгина и др.) и А.В. Дружинина (Б.Ф. Егорова, А.М. Бройде, А.М. Штейнгольд, Н.Н. Скатова, Н.Б. Алдониной, Л.И. Щеблыкиной-Щевцовой и др.), а также эпистолярные и мемуарные материалы деятелей 40-60-х гг. XIX века.

Практическая значимость работы. Результаты проделанной работы могут найти применение на уроках литературы при изучении творчества Ф.М. Достоевского, в частности, повести «Белые ночи» в 9 классе, при рассмотрении обзорной темы, посвященной литературе 40-х гг. XIX века. Материалы исследования могут использоваться и во внеклассной работе (викторины, олимпиады, литературные вечера), на факультативных занятиях по русской литературе, в кружковой работе.

Структура работы. Дипломная работа состоит из Введения, четырех глав, Заключения и списка использованной литературы, насчитывающего 86 наименований.

Во Введении обосновывается актуальность выбранной темы, определяются цель и задачи исследования.

Первая глава посвящена анализу эстетических воззрений А.В. Дружинина.

Во второй главе рассматривается отзыв А.В. Дружинина о повести Ф.М. Достоевского «Слабое сердце».

Третья глава посвящена анализу критических суждений А.В. Дружинина о повести Ф.М. Достоевского «Белые ночи».

В четвертой главе речь идет о восприятии А.В. Дружининым незавершенного романа Ф.М. Достоевского «Неточка Незванова».

В Заключении делаются выводы по проделанной работе.

Глава I. Эстетические воззрения А.В. Дружинина конца 40-х годов XIX века

Почти все суждения А.В. Дружинина о Достоевском приходятся на 40-е годы. Данное обстоятельство побуждает нас к рассмотрению творческого пути писателя и критика и его эстетических воззрений, в частности.

А.В. Дружинин происходил из дворян. Получив прекрасное домашнее образование, в шестнадцать лет он поступил сразу во второй класс Пажеского корпуса (1841). Система исчисления в то время была обратной – шестой класс считался самым младшим, а первый – старшим. Пажеский корпус был одним из привилегированных учебных заведений России, готовившем офицеров для обслуживания членов царской семьи.

По окончании Пажеского корпуса А.В. Дружинин был выпущен прапорщиком в лейб-гвардии Финляндский полк, где уже служили два его брата и где он близко сошелся с известным художником П.А. Федотовым. Впоследствии А.В. Дружинин напишет статью о П.А. Федотове, которая до сих пор является главным источником биографии художника.

Видя слабое здоровье А.В. Дружинина и его начитанность, друзья по полку выбрали его заведующим полковой библиотекой. Это дало А.В. Дружинину возможность знакомиться с новинками литературы, с новейшими общественными теориями.

40-е годы в России знаменовались поисками передовой мыслью верной теории общественного развития. В это время большую популярность приобрели утопические теории (Фурье, Сен-Симон, Оуэн и др.).

Но, молодой А.В. Дружинин не входил, подобно Ф.М. Достоевскому, в кружок М.В. Петрашевского, но не мог не испытать влияния идей утопического социализма, знакомясь с ними по романам Ж. Санд и Э. Сю. Еще в 1934 г. в статье «Толстой и Дружинин в 60-х гг.» К.И. Чуковский писал о том, что молодой Дружинин был «чуть-чуть фурьеристом»[6]. К.И. Чуковского поддержал Б.Ф. Егоров, утверждавший, что успех идей утопического социализма в 40-х годах в России был настолько велик, «что они притягивали к себе людей как будто бы совершенно не склонных по своему характеру и психологическому облику к увлечениям. Например, юный «денди» 21 года, эпикуреец, скептик А.В. Дружинин, в будущем глашатай английских аристократических форм жизни и теории «чистого искусства», был тогда искренне захвачен новыми идеями»[7].

6 октября 1845 г. Дружинин записал в дневнике: «Все, что я читаю теперь, это сочинение Buret о нищете низших классов во Франции и Англии, да романы Ж. Санда. Исследовать попытки социальных реформ последнего времени – вот моя цель, и я теперь с нетерпением ожидаю издания «Revue indèpendantе»[8].

Из-за слабого здоровья, а, главное, из желания иметь больше времени для самообразования Дружинин в январе 1846 г. выходит в отставку и поступает в канцелярию Военного министерства. Служба была необременительна и многие из его сослуживцев занимались литературой.

Дружинин дебютировал повестью «Полинька Сакс», опубликованной в декабрьской книжке «Современника» за 1847 г. В ней в духе «натуральной школы» выступил в защиту свободного чувства.

А.М. Бройде, автор первой монографии о Дружинине, выводил Дружинина за пределы «натуральной школы», указывая на психологизм, на романтический сюжет, сжатый в стремительный слог. Он видел успех повести в том, что читателю «начинал надоедать поток физиологических очерков и рассказов, заливающих литературные журналы в течение последних лет. Повесть Дружинина уносила читателя от хлопот ежедневной жизни, которыми были переполнены произведения «натуральной школы» с их грязными дворами, вонючими лестницами, темными комнатами Акакиев Акакиевичей Башмачкиных, «мудрецов» Прохарчиных, Макаров Девушкиных; от лиловых носов петербургских пьяниц, грубых сторожей, промерзших кучеров и Т. д.»[9].

Сюжет повести несложный, в ней рассказывается о том, как петербургский чиновник 32 лет Константин Сакс женится на 18-тилетней девушке Полиньке, только что вышедшей из пансиона. Сакс пытается ее развить, возвысить до себя (предлагает ей романы Ж. Санд), но Полинька их отвергает в силу своей инфантильности. Сакс стремится вызвать у жены интерес и сочувствие к собственной служебной деятельности, сделать ее помощником и другом, однако в конце повести вынужден признать, что его постигла «пиррова победа» в борьбе за свободу чувств и развитие личности Полиньки.

Дружинин подчеркивает, что инфантильность героини – прямое следствие пансионского воспитания, не готовившего девушек к серьезной деятельности. Считалось, что музыка, вязание и знание языков – это все, что нужно женщине для того, чтобы быть хорошей супругой.

Бывший знакомый Полиньки князь Галицкий, воспользовавшись отсутствием Сакса, влюбляет в себя Полиньку. Сакс, узнав об этом, добивается развода, и Полинька выходит замуж за Галицкого, но через несколько лет замужества понимает, что она всегда любила Сакса. Полинька умнеет, начинает глубже чувствовать, но поздно: она умирает от чахотки.

Проблема развода у Дружинина скомкана, вынесена за пределы сюжета: ведь в условиях николаевского времени бракоразводный процесс был почти невозможным в реальной жизни делом. Дружинин предпочел здесь по аналогии с некоторыми сюжетными ходами раннего драматического варианта сказочно-романтическое разрешение ситуации; как удалось Саксу добиться развода, мы не знаем.

В.Г. Белинский положительно оценил повесть А.В. Дружинина, рисующую результаты светского воспитания девушки, уродующего ее, убивающего в ней способность мыслить, трудиться и глубоко чувствовать. Путь перевоспитания современной женщины, развития ее интеллекта Дружинин усматривал в предоставлении ей прав на свободу чувства. Писатель ратовал за освобождение женщины от социальных пут. Носителем нового, подлинно гуманного отношения к женщине в его повести является не крестьянин и не разночинец – бедняк и протестант, отрицающий устои современного общества, как в стихотворениях Н.А. Некрасова или повестях А.И. Герцена, а крупный чиновник либерального типа – Сакс.

Уже В.Г. Белинский отметил связь между «Полинькой Сакс» и романом Ж. Санд «Жак». Некоторые исследователи прямо писали о подражании А.В. Дружинина Ж. Санд, копировании ее романа, вторичности «Полиньки Сакс»: «Юный А.В. Дружинин целиком взял сюжет и основные мотивы своей повести из Жорж-Зандовского «Жака», – пишет С.А. Венгеров[10].

«Написанная под сильным влиянием повести Жорж Санд «Жак», - заявлял А.Г. Цейтлин, - «Полинька Сакс» не отличалась художественной самостоятельностью»[11].

«А.В. Дружинин пытался прямо скопировать Ж. Санд в «Полиньке Сакс», - писал В.И. Кулешов, - но произведение получилось слабое, искусственное»[12].

На наш взгляд, наиболее справедливой является точка зрения тех ученых, которые признавали самостоятельность произведения А.В. Дружинина (Б.Ф. Егоров, А.М. Бройде, Т. Ф. Рябцева). Действительно, «Полинька Сакс», как и «Жак», имеет эпистолярный характер. Сюжет «Жака» как будто бы точно предваряет замысел «Полиньки Сакс»: честный, умный, немолодой Жак женится на юной и недалекой Фернанде, вскоре влюбляющейся в красивого, пустоватого Октава; Жак, не желая препятствовать их взаимной любви, добровольно устраняется. Многие детали сюжета дружининской повести также напоминают роман Жорж Санд: отъезд Жака из дому, откровенности в переписке Фернанды с подругой-наперсницей Клеманс и т. п., изредка нарушаемый вставками от автора-издателя (однако следует учесть, что эпистолярная форма повествования вообще широко применялась в западноевропейской и русской литературе, особенно в периоды сентиментализма и романтизма). Сходны герои: Сакс – Жак, Полинька – Фернанда, Галицкий – Октав, родители Полиньки – родители Фернанды.

Но есть и существенные различия. Б.Ф. Егоров обнаружил в архиве А.В. Дружинина и опубликовал набросок плана драмы о семье Саксов. Исходя из него, ученый полагал, что будущая «Полинька Сакс» мыслилась тоже в виде драмы. Это не совсем так. Творческая история «Полиньки Сакс», как показано Н.Б. Алдониной, очень сложна, и в настоящей работе нет необходимости ее воспроизводить. Ясно одно: мысль о создании повести, как и желание придать ей эпистолярную форму, возникли у А.В. Дружинина не сразу[13], он обращался от драмы к повести, от повести к драме и. т. п., прежде чем остановился на окончательном варианте – повести в письмах.

Но вернемся к плану драмы о семье Саксов. Не дописанный или не сохранившийся полностью, он многое раскрывает в творческой истории самой знаменитой из повестей Дружинина. Основная сюжетная канва и основные черты характера всех трех главных персонажей были задуманы в основном так же, как и в окончательном прозаическом варианте 1847 г. Но по справедливому наблюдению Б.Ф. Егорова, интересны некоторые оттенки, которые показательны именно для первоначального плана. Прежде всего, это отчетливое стремление к творческой полемике с Жорж Санд.

А.В. Дружинин, как замечает Б.Ф. Егоров, уже на раннем этапе работы над сюжетом, в конспекте драмы, спорит с писательницей, видя в ее женских образах неестественную, нарочитую экзальтацию: «Женщины Жорж Занда даже часто смешны идеальным своим взглядом на жизнь и исключительностью своих чувств в пользу одной страсти»[14].

Идеализация женских образов, женской любви имела место и в русской литературе. Что же касается «исключительности чувств в пользу одной страсти» и именно страсти любовной, то это в самом деле своеобразие романов Жорж Санд. Хотя сходные женские образы мы найдем и в новейшей французской литературе той поры (у Стендаля, у Мериме), Жорж Санд довела эти особенности до гиперболизма, до болезненности.

Герои жорж-сандовского «Жака» на протяжении всего повествования погружены в атмосферу любви, упоительно купаются в ней, сказочно преодолевают все препятствия (например, Октав, окруженный в доме разгневанными офицерами, все же умудряется каким-то образом по крышам убежать от своих караульщиков).

Все персонажи, за исключением отвратительной мадам де Терсан, идеальны, возвышенны, благородны и своей жизнью как бы искупают и преодолевают грязные, греховные связи предшествующих поколений (например, чистейшая и честнейшая Сильвия - плод прелюбодейства; по матери она сводная сестра Фернанды, по отцу - Жака). Даже эгоистичный в своей страсти Октав полон благородства и самопожертвования.

Хотя любовь – основное побуждение героев, сквозь весь роман проходит лейтмотивом мысль, что любовь временна, что она непостоянное чувство и что любящим уготован печальный финал. Жак требует уничтожить брак, взаимные обязательства, необходимо лишь обеспечить существование детей, рожденных от союза мужчины и женщины. Некоторые персонажи предаются свободной любви, не будучи в браке (Сильвия, Октав).

Романтический максимализм, гипертрофия личного, индивидуалистического начала во многом объясняются стремлением противостоять прозаической действительности, что особенно сказывалось в женских образах и характерах, отгороженных от общественной деятельности, в которых усиливались и углублялись именно любовные страсти.

В русском же быту, в общественном сознании, отражаемом, естественно, и в литературе, поведение женщины и изображение женской страсти предполагало известные границы; во многих произведениях ощущаются жесткие нравственные запреты (образ Веры в «Герое нашего времени») или сила традиционных нравственных идеалов (пушкинская Татьяна). В сороковых годах чрезмерность страсти воспринималась уже как искусственная душевная распущенность (любовные переживания юного Адуева в «Обыкновенной истории» Гончарова), и все больше проступало трезвое, даже ироническое, отношение к романтическим страстям и героям, как правило, применительно к мужским персонажам.

Различны и финалы повести, что вынужден был признать даже С.А. Венгеров. У Жорж Санд повесть заканчивается смертью Жака, а Октаву и Фернанде предстоит наслаждение счастьем. У Дружинина Полинька так поражена поступком мужа (Константин Сакс вместо дуэли с Галицким, как предполагала Полинька, дает ей развод), что начинает его любить, сомневаться в своем чувстве к Галицкому. Эти сомнения вносят разлад в семейную жизнь, подтачивают ее здоровье. Через год после своей второй свадьбы Полинька умирает с сознанием, что она любит только Сакса, а к Галицкому чувствует жалость[15].

Повесть «Полинка Сакс» имела огромный успех. Его признавали Н.А. Некрасов, В.Г. Бел